О демографии. Почему человечество устремилось к вымиранию

Что ж, свершилось. Есть такой демографический показатель — суммарный коэффициент рождаемости (СКР), показывающий, сколько детей в среднем родила бы одна женщина при сохранении текущего уровня рождаемости. И вот, по данным ООН на 2025 год, мировой СКР составил 2,2 ребёнка на одну женщину.

Это говорит о том, что человечество вплотную приблизилось к точке, в которой население перестает увеличиваться. Более того — в настоящее время численность этого самого населения уже может начать сокращаться.

Тут, конечно, можно возразить, что по оперативным данным население земли все еще растет, и что, вообще-то, для поддержания численности населения на одном уровне достаточно, чтобы значение СКР составляло 2,1. Все это так, но есть нюансы. Во-первых, определить точно численность населения не представляется пока возможным, в том числе и по причинам нелегальной миграции, да и статистический учет рождений и смертей отнюдь не везде на Земле поставлен идеально. А во-вторых, СКР 2,1 достаточно для поддержания численности в развитой стране с сильной медициной и минимальной детской смертностью.

В то же время сегодня в мире все еще есть страны, где на 100 родившихся детей до 5 лет доживает только 90-95. То есть для таких стран СКР в 2,1 недостаточно уже в силу одной только детской смертности, а ведь кто-то из женщин вообще не будет рожать в силу своих убеждений или по причине разного рода заболеваний. Дети и подростки также иной раз умирают, не успев завести детей и т. д.

Наконец, в-третьих, очевидно, что численность населения связана не только с темпами рождаемости, но и со смертностью, отчего население может какое-то время прирастать в численности, за счет роста средней продолжительности жизни. Но такой рост объективно конечен и способен лишь некоторое время маскировать негативные тенденции сокращения рождаемости.

При этом еще совсем недавно, по историческим меркам, СКР человечества был намного выше. По данным population.un.org, мировой СКР в 2015–2020 гг. составлял 2,47, а в первой половине 1950-х годов — и вовсе 4,97. Можно говорить о том, что человечество стремительно теряет интерес к детям, но почему? Давайте еще раз разберем причины, которые заставляли мужчин и женщин рожать много детей раньше, и почему они не действуют сейчас. Но кроме этого…

Сегодня наиболее развитые в техническом и экономическом отношении страны — это страны капиталистические. Очевидно, что добровольное сокращение населения земли есть вызов человечеству. Сможет ли капитализм дать достойный ответ на этот вызов?

Причина № 1. Дети обеспечивали родителей в старости
Раньше. Пенсионная система — изобретение сравнительно недавнее, точнее, существовала-то она давно, но только распространялась лишь на отдельные и сравнительно малочисленные категории населения. Большинство же людей должны были позаботиться о своей старости самостоятельно. Поэтому дети были нужны и важны — именно им предстояло обеспечивать престарелых родителей, когда те уже не смогут самостоятельно зарабатывать себе на жизнь.

Сейчас. Сегодня в развитых странах пенсионное обеспечение распространено очень широко, поэтому дети перестали быть гарантом выживания в старости.

Что делать. Казалось бы, самый простой способ — вернуться к истокам и отменить пенсионное обеспечение. У наших парламентариев, в лице Родниной, уже проскакивало нечто подобное, мол, неча от государства милостей ждать, самим о своем пенсионном обеспечении думать надо… Решение, конечно, простое и удобное для государства, только вот приведет оно не к росту рождаемости, а к его дальнейшему сокращению. По причине, изложенной ниже.

Причина № 2. Невозможность накопления для большинства населения
Раньше. В прошлом подавляющее большинство населения жило крестьянским трудом, практически на полном самообеспечении, то есть все, что человек потреблял, он сам и производил. Деньги в жизни крестьянина появлялись редко, и даже зажиточные по сельским меркам крестьяне не имели возможности скопить себе на безбедную старость. У рабочих — как ремесленников, так и тружеников заводов и мануфактур — обстоятельства были другими, но и они не имели возможности создать себе достаточные накопления, чтобы жить на них в старости.

Сейчас. Ситуация сильно изменилась: современные системы банковских вкладов, размещения средств в ценных бумагах, негосударственных пенсионных фондах и т. д. и т. п. дают среднестатистическому гражданину инструмент для создания накоплений. Более того — всячески его к этому подталкивают. Понятно, что для множества людей вопрос о накоплении не стоит, прожить бы до следующей зарплаты, но тем не менее: если лет так 200 назад подобных инструментов у среднестатистического гражданина не было вовсе, то теперь они имеются.

И если лишить человека пенсии, это не стимулирует его рожать больше детей — это стимулирует его откладывать больше денег на свою старость. Потому что вложения в детей в расчете на обеспеченную старость — это ну такой себе инвестиционный проект. А вдруг с ребенком что-то случится, и он окажется нетрудоспособным? Или вообще умрет? А вдруг он не достигнет в жизни особого успеха и сам будет жить от зарплаты до зарплаты — и рад бы родителей содержать, да не на что? А вдруг он окажется жестокосердным и при наличии денег не захочет кормить родителей? Что делать всей семье, если ее кормилец на время окажется безработным?

Я еще продолжу эту тему, потому что перечисленные выше «А вдруг?» взаимосвязаны с другими вопросами, которые я собираюсь поднять. А пока констатирую: отмена пенсий не приведет к «бэби-буму». Наоборот — на людей упадет необходимость формировать себе пенсию по старости самим, что создаст больше неопределенности, усилит стресс, сильнее увеличит их расходы, даже если выплачивать в виде зарплаты взносы, которые сейчас платит работодатель в пенсионный фонд. Все это в конечном итоге приведет к сокращению рождаемости — просто потому, что самостоятельное накопление на пенсию намного проще и надежнее, нежели рождение и воспитание детей.

А что на это может ответить капитализм? Должен сказать, что у него нет никакого решения. Вернуть людей в состояние, при котором они будут вынуждены заводить многочисленное потомство для того, чтобы обеспечить себя в старости, возможно, но — только исключая для них возможность накопить на старость самому. Для чего нужно ввести для населения полный запрет любых инвестиций, что в корне противоречит самой сути капитализма и для него невозможно. Капитализм-то как раз не терпит «денег под подушкой», ему надо, чтобы деньги крутились в цикле «деньги-товар-деньги», а для этого нужно, чтобы все, что люди заработали, но не успели потратить, они несли в банк или фонд.

Причина № 3. Простота труда
Раньше. Труд землекопа тяжел, но прост. Научиться правильно копать легко, но вот махать лопатой с утра до вечера — тяжко. В прошлом основная масса населения занималась именно таким трудом: тяжелым, но простым. Особого обучения тому же крестьянину не требовалось, все необходимые навыки передавались ему членами его семьи очень быстро. Да и на производстве было очень много работы, навыки для которой были легко усваиваемыми.

Все вышесказанное делало нормой широчайшее использование детского труда. В крестьянских семьях ребенка привлекали к домашним делам лет примерно с пяти, а к 9–12 годам это был уже полноценный работник, который мог выполнить любую работу, которую позволяли его физические кондиции. Таким образом, в прошлом дети весьма быстро выходили если не на полную, то на частичную самоокупаемость — поддержка родителей требовалась, но была относительно скромной.

Сейчас. Сегодня труд усложнился даже не в разы — на порядки, и требует квалифицированных работников. А квалификация требует образования.

Ребенок в нашем обществе очень даже занятой с 7 лет, только занят он не работой, а учебой. На протяжении которой никаких доходов в семью он приносить не может, так что ответственность за его содержание ложится полностью на плечи родителей. В самом минимальном случае — на 9 лет начального и общего среднего образования, но подавляющее большинство родителей вовсе не желают, чтобы их отпрыски шли работать после 9 классов школы. И дело даже вовсе не в родителях, а в том, что общество нуждается в намного более квалифицированных работниках, чем школьники, не получившие среднего профессионального (ранее оно называлось средне-специальным) или высшего образования. Поэтому обычно образование длится либо 9 лет в школе и 4 года в колледже, или же 11 лет школе и 5-6 лет в высшем учебном заведении.

Итого обучение занимает 13–17 лет, и, хотя в колледже и ВУЗ-е у студентов появляется возможность подработки, полностью себя они содержать, за редким исключением, не могут, либо это сказывается на качестве учебы.

Таким образом, родители сегодня вынуждены содержать своих детей с момента их рождения и на протяжении 20–24 лет, пусть даже в последние 4–6 лет возникает возможность делать это в режиме софинансирования, то есть студент часть своих потребностей удовлетворяет за счет подработок.

Итак, усложнение труда привело к необходимости 13–17 летнего образования. Но затраты на содержание подрастающего поколения в период получения этого образования практически в полном объеме ложатся на родителей. Да, конечно, есть некоторые меры поддержки… Они важны и полезны, но не покрывают и десятой части затрат на ребенка.

Попросту говоря, сегодня затраты на одного ребенка в США, по оценке американцев, достигают 300 000 долл., в ЕС уже превысили 200 000 евро, а в России, в зависимости от достатка семьи и ее места жительства, оцениваются от 5 до 30 млн руб. В общем, проблема в том, что сегодня ребенок обходится родителям куда дороже, чем полторы сотни лет тому назад. И очень многие родители попросту не готовы к таким тратам.

Чем тут может помочь капитализм? Да абсолютно ничем — он здесь не помогает, а вредит. Вместо помощи в содержании подрастающего поколения капитализм паразитирует на любви родителей к своим детям. Хотите хорошее образование? Извольте подготовиться к нему, вот платные репетиторы. Вы сумели набрать высокий балл? Поздравляем, а вот прекрасные ВУЗ-ы, и по самой сходной цене… То есть вместо того, чтобы разделить с родителями бремя содержания детей, капитализм зарабатывает на родителях прибыль, продавая им шансы на светлое будущее детей. Разумеется — как можно дороже.

Выше я сказал, что многие родители не готовы нести затраты на детей. Но не уточнил, что происходит это очень часто отнюдь не из жадности, а из-за неуверенности в том, что они, родители, смогут заработать нужные суммы. И тут мы переходим к следующей причине того, почему раньше рождали много, а теперь — все меньше и меньше.

Причина № 4. Уверенность в завтрашнем дне
Раньше. Это может показаться странным, но в прошлом люди жили намного спокойнее, чем сегодня. Ни в каком случае не легче, нет. Тяжелее. Но 200 лет тому назад люди очень хорошо представляли свое будущее.

Взять обычного крестьянина. У него дед был крестьянином и отец — крестьянином, и он сам — крестьянин, и дети его будут крестьянами. Может, заберут в армию, но там уж кормление и обмундирование на государевы деньги.

Конечно, в крестьянской жизни могло случиться всякое: дожди или засуха и, как следствие, неурожай: но потеря урожая не означала потери работы. Сумеет крестьянин перебедовать, пережить голодный год — и будет снова выращивать хлеб на земле, которую обрабатывали еще деды его и прадеды. Негде жить? Этого вопроса не было — молодоженам односельчане помогали ставить избу, и много времени это не занимало. Да, вода — в речке и в колодце, а все удобства — во дворе, ну так все как у людей.

В общем, раньше люди жили тяжелой, но простой, понятной и, самое главное, предсказуемой жизнью.

Сейчас. Сегодня миром правит конкуренция и научно-технический прогресс. Ты получаешь образование? А завтра твоя профессия может стать невостребованной. Ты работаешь на заводе? А завтра твой завод может обанкротиться. В магазине? А завтра его могут закрыть. Если такое случится, ты сможешь быстро найти другую работу? Может быть — да, а может и нет, все зависит от ситуации на рынке. Тебе негде было жить, и ты взял ипотеку? А завтра доллар может прыгнуть, и твоей хорошей на сегодняшний день зарплаты не хватит на очередной взнос.

Жизнь ремесленника, рабочего, крестьянина в прошлом была тяжелой. Сегодня среднестатистический гражданин развитой страны живет намного богаче, пользуясь благами, многие из которых не были доступны не то что крестьянам, а даже феодалам прошлого. Но раньше крестьянин жил понятной для него жизнью, и его будущее было для него понятно тоже. И в этом, понятном для него будущем было место для многодетной семьи, которая крестьянину была объективно нужна по изложенным выше причинам.

Ничего подобного о среднестатистическом современном человеке сказать нельзя. Его будущее туманно, а многодетная семья для него не является необходимостью, но создает дополнительную и большую нагрузку, с которой он может и не справиться. И это, в сочетании с вышеназванными факторами, останавливает многих и многих людей от рождения не то что третьего, а даже и второго ребенка. А то и первого.

Можно ли проблему неясного будущего решить в парадигме капитализма? Абсолютно невозможно — капитализм строится на идеях свободной конкуренции, сиречь — соревновании, в которой победитель получает куш. Но кроме победителя в любом соревновании всегда есть и проигравшие. А капиталистические соревнования продолжаются всю жизнь, и выиграв один раз, можно проиграть и во второй, и в третий…

Причина № 5. Возможность планировать семью
Раньше. В стародавние времена не было сколько-то надежных средств контрацепции, а аборты небезопасны даже сегодня, что уж говорить о прошлых временах. Поэтому дети запросто могли получиться даже без желания родителей.

Сейчас. Тут все ясно — при должной осмотрительности пара не будет иметь детей, пока сама того не пожелает.

Чем тут может помочь или повредить капитализм? Да ничем — возможность планировать семью есть однозначное благо, от которого человечество не откажется, да этого и не нужно. Нужно, чтобы у мужчин и женщин было желание и возможности создавать семью с тремя детьми и более, а не принуждать их к этому через отказ от контрацепции и абортов.

Причина № 7. Высокая детская смертность
Раньше. Отсутствие квалифицированной медицинской помощи при родах, недостаточная гигиена, отсутствие антибиотиков и других лекарств приводили к тому, что до 50 % детей просто не доживали до взрослого возраста. То есть женщина рожала в среднем по 5–7 детей, а дожить до 18 лет могли двое или трое. При этом до 90 % всех смертей приходились на возраст от 0 до 5 лет. Естественно, в связи с необходимостью иметь взрослых детей в старину приходилось рожать много — авось, кто и доживет.

Сейчас. Медицина сделала гигантский шаг вперед, так что в развитых странах сегодня смертность до 5 лет может составлять 2,5–5 %. Но весь позитивный посыл, который дает человечеству развитие медицины, уже растрачен и компенсирован все меньшим и меньшим количеством рождений детей на одну среднестатистическую женщину.

Причина № 8. Имущественное расслоение и социальные лифты
Раньше. Безусловно, имущественное расслоение существует в обществе очень и очень давно, оно образовалось еще в каменном веке по результатам неолитической революции. Но при этом общество весьма быстро разделилось на классы: и надо сказать, что проложить себе дорогу из одного класса в другой было очень сложной и нетривиальной задачей как во времена рабовладельческого, так и феодального строя, да и ранняя буржуазия к тому не особенно располагала.

Иными словами, социальные лифты, позволяющие низкому возвыситься, были всегда, но длительное время они были чрезвычайно ограниченными, такими, что подавляющему большинству населения и мечтать было нельзя перебраться в более богатый и влиятельный класс. И это приводило к интересному психологическому этюду.

Человеку свойственно желание быть успешным. С давних пор мерилом успешности было богатство. Если человек живет лучше окружающих, он считается богатым, если примерно так же, как и все — тоже нет повода унывать. Не хуже людей, и ладно!

Так вот, в старину множество крестьян не чувствовали себя бедными по одной простой причине. Они не сравнивали свой достаток с достатком феодала. Они сравнивали свой достаток с достатком таких же, как и они, крестьян. А причиной тому было именно отсутствие социальных лифтов, отчего крестьянин рассуждал так: «Раз я не родился феодалом и не могу им стать, то и сравнивать его богатство с моим нельзя». Это уж не говоря о влиянии церкви, утверждавшей, что всякая власть идет от высших сил…

Сейчас. А сегодня правит бал «американская мечта», общество пытается сделать человека кузнецом своего счастья. Нет, конечно, классы никуда не делись, но социальные лифты стали значительно мощнее. В современном капиталистическом обществе куда больше возможностей для роста «из грязи в князи», так что ребенок небогатых родителей вполне может стать и предпринимателем средней руки, и главой крупной корпорации. Количество людей, достигающих большего, чем им дало происхождение, даже не кратно — на порядки выше, чем было при том же феодализме. И это, без сомнения, прекрасно — когда ты можешь добиться успеха даже с самого низкого старта. И для тебя лично, и для общества, не отвергающего таланты по причине низкого рождения людей.

Вот только возникает другая проблема. Человек в капиталистическом обществе уже не сравнивает себя с представителями своего класса. Он начинает сравнивать себя со всем обществом, со всеми его классами. Раньше возможности улучшить свое социальное положение практически не было, и он этого не делал. Сегодня — есть, и он делает это.

А такое сравнение приводит к интересному результату. Поскольку богатство — удел немногих, то основная масса населения современной капиталистической страны не то что богатой, но даже и состоятельной себя не чувствует.

Это может показаться странным, потому что в сравнении со средневековым крестьянином современный наемный работник капиталистического общества — самый настоящий богач. Он уже забыл, что такое голод, ему доступны медицина и услуги, о которых крестьянин и мечтать не мог… Но, тем не менее, большинство крестьян тех лет не чувствовали себя бедняками, а вот современный человек чувствует. Все дело в том, что богатство и достаток не являются абсолютной величиной — они существуют лишь в нашем разуме, познаются в сравнении с имуществом других людей и потому относительны.

Сказанное мною выше — не только мои личные мысли, но и результаты опросов, проводимых в различных странах. Так, в Японии, согласно исследованию фонда «NIPPON FOUNDATION», 39,9 % женщин при отсутствии финансовых и жилищных проблем хотели бы иметь двух детей, 24,5 % — трех, а 6,1 % — даже и четырех. С учетом тех, кто желал лишь одного ребенка или не желал детей вообще, получается, что СКР в Японии должен быть порядка 1,87. А по факту он стремится сегодня к 1,25. То есть женщины хотят рожать, но не решаются на это.

Та же самая картина наблюдается в исследованиях, проведенных в ряде других стран: Австралии, Испании, России и т. д. При этом в той же Испании более 70 % женщин объясняли отказ от рождения желаемого ими количества детей именно материальными факторами — нехваткой финансов и жилья. И это не пустые слова: как показало шведское исследование, существует прямая взаимосвязь между количеством детей и достатком семьи. То есть в шведских семьях получалось так, что чем выше достаток, тем больше детей в семье. Надо думать, что шведы в этой статистике не одиноки.

Вышесказанное создает интересную картину. Благосостояние граждан в развитых капиталистических странах намного выше, чем в любом, ранее существовавшем обществе. Но при этом подавляющая часть населения этих стран не считает себя состоятельной настолько, чтобы позволить себе более одного, редко двух детей, а то и вообще полагает, что не может завести ребенка!

Может ли капитализм решить эту проблему? Абсолютно никак. Попросту говоря, есть два пути решения: либо надо возродить сословный строй так, чтобы социальные лифты были уничтожены, и вернуть человечество к тому, чтобы люди сравнивали свое благосостояние только с людьми своего класса. Либо же надо очень сильно уменьшить расслоение по доходам, чтобы дать основной массе населения чувство собственной состоятельности.

Первое при капитализме невозможно — его эффективность во многом строится именно на отказе от сословности, когда нужные обществу таланты ищутся у всего населения, а не малой его части. Попытка построить «сословный капитализм» в отдельно взятой стране быстро приведет к тому, что такая страна проиграет экономическую гонку странам, сохранившим капитализм обычный. А второе невозможно тем более, потому что капитализм заточен на личное обогащение как на главную мотивацию и мерило успеха, и потому разрыв между самыми богатыми и самыми бедными обязан оставаться весьма и весьма большим.

Утопии и антиутопии
Сегодня многие люди пытаются понять, во что превратится капитализм в будущем, что порождает концепции разного рода утопий и антиутопий. К примеру, что дефицит рабочих рук будет покрыт за счет успехов генной инженерии, что людей попросту начнут выращивать в пробирках. Эта антиутопия, на мой взгляд, совершенно нежизнеспособна.

Попросту говоря, если бы капитализму требовались люди для простого труда, то их действительно можно было бы «достать» из пробирки. Но капитализму для развития нужны не только руки, но и мозги, и плодя людей искусственно, капитал столкнется… Правильно. Он столкнется с тем, с чем сегодня сталкиваются родители: с необходимостью содержать «новорожденных» в течение 20–23 лет, пока им будут преподаны все необходимые науки, которые сделают из них квалифицированных работников. То есть с тем, чего капитализм всячески избегает, стремясь переложить бремя создания квалифицированных работников на их родителей. «Пробирка» капитализму просто невыгодна.

С утопиями дело интереснее. Вот, к примеру, такой сценарий — все заботы о человеческих нуждах возьмет на себя ИИ, который будет исполнять их посредством роботов, выпускаемых на фабриках, без всякого участия человека. А человечество предастся творчеству: спорту, искусству, наукам и т. д.

Идея вроде бы привлекательная, но есть нюансы. Подавляющее большинство людей не могут достигнуть больших успехов в спорте, искусстве и науках. И что им останется делать, если работать не надо, бороться ни за что не надо, а все их основные потребности будут удовлетворены роботами? Чем они займутся? В отсутствии вызовов человечество может банально выродиться, уничтожить себя само.

Но если и нет — подобная утопия представляет собой посткапиталистическое общество, потому что в мире, где всем управляет ИИ, капиталистические отношения просто не нужны: они уступят место новому мировому порядку, основанному на «Deus ex machina». По сути, человечество вручит бразды управления своей судьбой искусственному интеллекту, и это, как мне думается, станет концом развития человека как биологического вида.

Выводы
Я вовсе не хочу сказать, что все у человечества было очень хорошо, а потом пришел злой капитализм и все испортил. К сокращению рождаемости до уровня, при котором человечество не в состоянии даже поддерживать численность на текущем уровне, его привели объективные законы развития нашего общества. Человек никогда не был вершиной пищевой пирамиды по своим физическим данным, он взобрался на нее за счет интеллекта, а значит, научно-технический прогресс был для нас неизбежен. Раз так, неизбежной была и индустриализация, как единственный способ воплотить достижения этого прогресса в жизнь. Но уход от экономики, основанной на земледелии, к промышленной экономике не мог не повлечь за собой замещение феодалов буржуазией, а власть буржуа не могла не привести к капитализму. Так что все здесь взаимосвязано, и не следует возлагать вину за падение рождаемости на капитализм.

Но нужно задать вопрос — может ли капитализм справиться с этим вызовом и преобразоваться в такую форму, при которой человечество вновь начнет увеличивать свою численность? Сегодня мы видим, что капитализм с этим не справляется: он не может стимулировать рождаемость. Столкнувшись с сокращением населения, капиталистические страны ушли в паллиатив — вместо того чтобы добиваться роста рождаемости, они стали массово завозить мигрантов из других, неразвитых стран.

Но это именно паллиатив, временная заплатка, а не решение. Первая проблема заключается в том, что процессы адаптации мигрантов к местным условиям, а точнее — превращение их в местное население, потерпели крах. Собственно говоря, в современной истории, пожалуй, только две страны добились в этом некоторого, хотя и далеко неполного успеха: США и СССР. СССР уже нет, что же до США, то они действительно сумели построить систему, при которой мигранты в третьем поколении как правило полностью разделяют культурный код американцев и не отделяют себя от них. Но при этом осталась нерешенной внутренняя проблема противоречий между белым и черным населением, да и нелегальная миграция портит эту благостную картинку.

В общем, в США не все хорошо, а в Европе дела и вовсе плохи. Мигранты там в массе своей не ассимилируются и противопоставляют себя коренному населению, причем ту же позицию занимают их потомки. Да и в России ситуация схожая.

Но проблема даже не в этом, а в том, что донорство возможно лишь до той поры, пока у донора есть кровь. То есть приток мигрантов будет, пока есть страны, в которых женщины рожают столько, что численность населения стран-доноров растет или остается стабильной, невзирая на миграционный отток.

Но сегодня мы видим, что такие страны заканчиваются. И на это есть объективные причины: дело в том, что блага цивилизации, такие как медицина и лекарства, снижающие детскую смертность, контрацептивы, промышленное производство медленно, но верно распространяются по миру. Причины, заставляющие женщин Африки и др. рожать много детей, постепенно исчезают, как исчезали они раньше в развитых капиталистических странах.

И капитализм ничего не в состоянии с этим сделать. А значит — он обречен. И в какой-то разумный (по историческим меркам) срок будет заменен иной социально-экономической системой. Какой? Ответа на этот вопрос у меня нет, но некоторые ее особенности предположить можно.

Человечество не может остановить научно-технический прогресс и вернуться в феодализм. Это невозможно, как нельзя вернуть курицу обратно в яйцо, из которого она вылупилась. Соответственно, нужно как-то соединить развитие человечества и его психологию. А для этого человечеству предстоит осознать важность «расширенного воспроизводства» человеческого ресурса и начать вкладываться в него. Как? Тут есть два пути.

Первый потребует резкого снижения имущественного расслоения с тем, чтобы основная масса населения перестала чувствовать себя бедной, то есть выстраивать в отношении доходов нечто подобное тому, что было в СССР. Путь этот чреват многими осложнениями.

Второй путь: осознание того, что дети — действительно наше будущее, а будущее человечества является делом всего человечества, а не отдельных его членов, в лице мам и пап. Иными словами, содержание детей перестанет быть делом родителей, а станет делом общества. Разумеется, и речи идти не может о каких-то там детских домах — я говорю о стипендиях, которые покрывали бы основные потребности на содержание ребенка и расширение жилья. Конечно, тут придется подумать о механизмах контроля, исключающих паразитирование родителей на таких стипендиях. Разумеется, все это невозможно без коренной перестройки экономической системы, и тут тоже масса сложностей.

Но каким бы путем ни пошло человечество, оно сможет добиться успеха, только когда им будет осознана необходимость инвестировать часть своего «успешного успеха» в будущее, без надежды получить с этого дивиденды при жизни. Жить и работать не только ради себя, но и ради будущего всего человечества.

Вот только такое мировоззрение, как наверняка понимает уважаемый читатель, с капитализмом абсолютно несовместимо.